» » Андрей Липатов. Круг за кругом

Андрей Липатов. Круг за кругом

Главное слово характеризующее положение дел в экономике — кризис. Это — факт, с которым все мы живем последние два года. Но сам по себе кризис – изменение состояния, переходная модель, перелом и новые, в сравнении с предыдущими, условия и правила. Если разобраться по существу и по сути, то кризис — это  ни много, ни мало ступень в развитии. Поэтому, как бы это не показалось странным, к кризисам, пожалуй, стоит относится как к неизбежному состоянию любой живой системы и надо продолжать работать и жить, не столько преодолевая его, сколько обновляться и развиваться. Ибо движение — жизнь. Дальше понятно. Проехали.

Что делать нам, не обладающим достоверной информацией и сакральными знаниями, но тяготеющим к рассуждениям о судьбе России и о том, как большой государственной системе найти себе средства пропитания, где в системе монетарных измерений это надо понимать как простое и банальное, простите, определение – деньги. Именно ими исполняются социальные обязательства, на них реализуются инфраструктурные проекты, ими формируется стабилизационный фонд Российской Федерации, который с 1 января 2008 года был разделен на резервный фонд и фонд национального благосостояния (на конец января 2017 года эти фонды составляли 980 и 4429 млрд рублей, соответственно). Почему бы часть этих денег не пустить в реальный сектор, как стимул для экономики?

Я часто слышу упреки в бездействии или в низкой эффективности в сторону Минфина, однако, при этом, считаю, что в этом конкретном случае все просто. План этого ведомства весьма прост и доступен для общего обозрения на официальном сайте министерства и состоит в том, что при нефти в 40 долларов за баррель необходимое покрытие дефицита должно составить около 2,8 трлн. рублей, из которых 1,8 возьмут из фондов, а остальную часть из облигаций федерального займа, а вот при стоимости нефти 60-63 долларов за баррель можно будет расслабиться и дефицита уже и не будет. Нам всем можно, конечно, начинать бить в бубен и призывать некие неведомые силы в помощь увеличения стоимости нефти, но это снимет риски дефицита, а не риски экономики.

Чтобы не ходить далеко в историю мировых экономических кризисов, можно вспомнить период так называемой «рейганомики», когда перед США стояло несколько задач, основной из которых было существенное сокращение инфляции в секторе потребления. Также необходимо направить расходы потребителей в сторону высокотехнологичных отраслей и обеспечить стимулирование инвестиций. Интересно, что именно эти задачи сейчас стоят сейчас в приоритете в России. Что это? Повторяемость любого экономического кризиса, все через это должны пройти, или повторяемость совершаемых ошибок?

Мы понимаем, что копировать модели ранее принятых решений нельзя, тем более, когда результатом их реализации стало раздувание финансового сектора, минуя реальный сектор реального производства. Но мы констатируем, что чем больше денег в экономике, тем легче развиваться и реальному сектору. Мы спрашиваем, где гарантия, что деньги выпущенные в экономику сегодня не уйдут на финансовый рынок?

Сегодня деньги уже не стремятся к производству, они стремятся к доходности. Чем выше доходность у финансового рынка, тем больше денег будут вкладывать именно в него. Легче и быстрее можно заработать на продаже инструментов финансового рынка, чем на продаже сантехнических инструментов. Казалось бы, выход простой, вкладывать деньги не в чисто финансовый рынок, а в фондовый, в акции конкретных участников рынка, но во первых, на этом рынке обращаются, в основном, акции компаний финансового рынка, во вторых, интерес участников рынка состоит в разнице стоимости акций при покупке и продаже. И получается, что если стоимость акций даже производственных компаний можно разогнать за счет ее участия в чисто финансовых операциях, так чего бы этого не делать?! Круг замкнулся – мы покупаем акции компаний реального сектора, которые в свою очередь участвуют на финансовом рынке (например, покупают и продают валюту), получаем новый доход и ничего в реальном секторе не происходит.

Рост экономики, которым все грезят, возможен только благодаря внешней торговле, а любой продукт, способный конкурировать на внешнем рынке должен стимулироваться к его производству в том числе и государством пока еще имеющимися у него внутренними источниками. Внешние источники роста сегодня - акции российских компаний, если только это не «ресурсные» компании, весьма ограничен, а первое, что предлагают зарубежные инвесторы это учредить головной офис за пределами России, по сути, обеспечить налоговые поступления в месте, удобном для инвестора. Почему они так делают, можно и расписать, но в целом это понимает большинство участников рынка и читателей этой статьи.



Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.

комментариев